Киев
,

30 лет падения Берлинской стены: какие последствия события для Европы и Украины, и какое будущее европейского проекта?

Киев, 06 ноября 2019.

В ноябре 2019 года исполняется 30 лет падения Берлинской стены. Это событие ознаменовало завершение «холодной войны» и начало демократизации стран Центрально-Восточной Европы. Фонд «Демократические инициативы» имени Илька Кучерива организовал экспертный опрос относительно исторических последствий этого события.

«Если Украина – это Европа, тогда история Европы является одновременно историей Украины. И события, которые стали началом падения социалистической системы, конца господства СССР над Восточной Европой – это очень важное событие. Для нас это возможность поговорить о том, насколько Украина готова к европейской интеграции, и насколько Европа готова к тому, чтобы помочь Украине в этом процессе», – отметила Ирина Бекешкина, директор Фонда «Демократические инициативы» имени Илька Кучерива, старший научный сотрудник Института социологии НАН Украины, на презентации результатов опроса в Украинском кризисном медиа-центре.

Вопросы, которые поставили участникам опроса – насколько падение Берлинской стены повлияло на будущее Европы и Украины, каким может быть будущее европейского проекта и станет ли Украина его частью. В опросе приняли участие 26 экспертов в области международных отношений.

Все эксперты единодушно оценили падение Берлинской стены как положительное историческое событие, главными последствиями которого стало завершение «холодной войны», ослабление геополитического влияния СССР. Падение Берлинской стены стало толчком к демократизации стран Центрально-Восточной Европы и их будущему членству в ЕС и НАТО. Хотя в краткосрочной перспективе Западная Германия в результате объединения с менее экономически развитой Восточной Германией ослабилась, но в итоге стала одним из самых мощных государств Европейского Союза. Эхом события стали также войны на Балканах и на территории бывших республик СССР в результате дезинтеграционных процессов.

«Если говорить о последствиях этого события для Украины и Европы, они, на самом деле, переплетены: для Украины это знаменовало крах Советского Союза и обретение независимости, а крах коммунистических режимов в Центральной и Восточной открыл путь к объединению Европы и дальнейшей интеграции этих стран в ЕС. В 2004 году произошло крупнейшее расширение ЕС. 6 из 9 стран, которые присоединились – бывшие члены соцлагеря», – отмечает Сергей Шаповалов, аналитик Фонда «Демократические инициативы» имени Илька Кучерива.

Эксперты отмечают, что падение Берлинской стены косвенно создало основу для дальнейшей евроинтеграции Украины: в связи с тем, что Украина географически «приблизилась» к Европе, начали меняться взгляды граждан, которые ранее определялись условиями «холодной войны»: на смену враждебности, распространились взгляды на западные страны как партнеров. В то же время, Украина не в полной мере использовала возможности, которыми более удачно воспользовались страны ЦВЕ и стали членам ЕС и НАТО.

О будущем европейского проекта мнения респондентов разделились. Несколько преобладает мнение о том, что через несколько десятилетий ЕС станет более разобщенным, некоторые страны могут выйти из него. Вторая половина опрошенных считают, что интеграционные процессы в ЕС будут усиливаться и в Союз войдут все или почти все европейские государства.

«Что касается европейского будущего Украины – почти единодушны мнения о том, что в среднесрочной перспективе, возможно, 30 лет, Украина может стать членом ЕС», – отмечает Сергей Шаповалов.

По мнению опрошенных экспертов, лучшим действием-стимулом к ​​реформам в Украине со стороны ЕС будет предоставление перспективы членства. Около 50% считают, что страны Европы должны продолжать давление на украинскую власть в вопросах реформ, на которые не хватает политической воли. Также – продолжать поддержку украинского гражданского общества и совместно противодействовать угрозе со стороны России.

Андреас Умланд, старший научный сотрудник Института Евро-Атлантического сотрудничества, доцент кафедры политологии НаУКМА:

«Я вырос в Восточном Берлине, но в дни падения стены был в Лейпциге. Это было очень неожиданно, без всякого подготовительного процесса и обсуждения, и когда я впервые об этом услышал, сначала не верил, что это правда. Восточная Германия, ГДР, была, пожалуй, наименее реформаторская страна в восточном блоке, и находилась в глубоком социальном, политическом, экономическом кризисе. В руководстве были отнюдь не реформаторы, но, похоже, они решили так положить этому конец. Менее чем через год Германия объединилась.

Сейчас мы понимаем положительные последствия этого события, но тогда мы были растеряны и не знали, чего ждать дальше. Мне вспоминались события на площади Тяньаньмэнь в Пекине. Сейчас мы уже понимаем, что могли более активно проявить свою позицию в событиях, это был важный исторический момент, но когда все только начинается, ты не знаешь, чем это закончится».

Олег Рыбачук, председатель общественной организации «Центр UA», вице-премьер-министр Украины по вопросам европейской интеграции в 2005 году:

«На международных встречах я часто слышу, что« Украина – страна, которая дает нам всем надежду». Со стороны происходящее у нас выглядит более обнадеживающе, чем изнутри. У нашего молодого поколения значительно более проевропейские взгляды, чем у многих граждан Старой Европы. Мы сейчас отстаиваем базовые вещи, на которых создавался ЕС, и то, что у нас происходит, дает надежду Старой Европе, потому что у них совсем другие тенденции. Сейчас в Тюрингии ультраправые и ультралевые впервые после Второй мировой войны выигрывают выборы, и это для наших партнеров огромный вызов. При том, сколько средств и усилий приложила Западная Германия, чтобы изменить мировоззрение граждан Восточной Германии после воздействия советской пропаганды. Это, кстати, к вопросу выборов на Донбассе, где последние 5 лет пропагандистская машина работала не хуже, и продолжает работать».

Сергей Солодкий, первый заместитель директора Центра «Новая Европа», эксперт по внешней политике, международным отношениям и безопасности:

«Первый урок для Украины с этого события – нужно уметь ждать. Германия ждала своего объединения долго и дождалась, оставшись рыночной страной и став членом НАТО.

Второе – не нужно надеяться, что наши интересы и наши планы будет поддерживать весь мир. Немецкий пример показал, что далеко не все лидеры демократического мира на тот момент поддержали ФРГ.

Третье: не нужно быть слишком оптимистичными и упрощенно смотреть на международно-политические процессы. В начале 90-х годов кзаалось, что этап демократизации уже неизбежен и возврата не будет. Мы видим, что это не так, и страны, на которые Запад сделал ставку, стали угрозой для всего мира – я говорю о России. Вместо одной разрушенной Берлинской стены, мы можем увидеть еще много новых стен, иногда метафорических, иногда реальных».

Михаил Пашков, содиректор программ внешней политики Центра Разумкова:

«Приведу один пример, который четко демонстрирует, насколько Россия влияет. Летом 2013 года премьер Николай Азаров выступил с блестящей речью о необходимости европейской интеграции Украины. Впоследствии состоялись две встречи Януковича с Путиным, 15 миллиардов долларов дотаций – и уже на Вильнюсском саммите прозвучало противоположное. Сейчас Россия не просто пытается остановить европейскую интеграцию Украины – она ​​осуществляет гибридную войну на территории постсоветского пространства и всей Европы.

Задача №1 для украинской внешней политики – заручиться поддержкой европейского сообщества в противостоянии с Российской Федерацией, удержать санкционный фронт. Это главная поддержка, которую может предоставить Европа. Это также поддержка внутренних реформ в Украине. По моему мнению, евроинтеграция, вместе с евроатлантической, является важнейшим инструментом противостояния российской экспансии: это поможет стать нам непохожими на Россию».

Поделиться в соцсетях

Twitter
Больше новостей по теме