Menu

14 видов нарушений прав человека и международного гуманитарного права зафиксировали в Широкино – исследование правозащитников

Презентація правозахисного звіту «Крайня точка»

В результате боевых действий в Широкино произошли 14 видов нарушений прав человека и международного гуманитарного права. Об этом говорится в мониторинговом отчете «Крайняя точка» правозащитной ОО «Восточноукраинский центр общественных инициатив», представленном на пресс-брифинге в Украинском кризисном медиа-центре. Информацию собирали из интервью с пострадавшими, свидетелями и экспертами, из открытых источников, запросов в государственные органы.

«Широкино, крайняя южная точка на линии разграничения, является одним из показательных примеров того, как выглядит жизнь и проблемы населенных пунктов вдоль линии разграничения. Поэтому мы выбрали его для такого исследования», – рассказал Владимир Щербаченко, председатель ОО« Восточноукраинский центр общественных инициатив».

Первый обстрел Широкино произошел 4 сентября 2014 года. После Павлополь-Широкинской наступательной операции (с 10 февраля 2015 года) и последующего контрнаступления боевиков село Широкино было фактически полностью разрушено. Почти всех из около тысячи его жителей эвакуировали 10-15 февраля, 16 июня выехали последние. В феврале 2016  года боевики оставили свои позиции в селе и отошли на восток. Сейчас Широкино закрыто для доступа гражданских лиц.

За этот период правозащитники зафиксировали 14 видов нарушений прав человека и норм международного гуманитарного права. «Это смерти и ранения гражданского населения в результате неизбирательных артиллерийских обстрелов, умышленные убийства и увечья, покушение на убийство по политическим убеждениям, своевольные задержания и пытки с обеих сторон; разрушение и разграбление жилья, использование запрещенных наземных противопехотных мин, нападение на санитарно-транспортные средства, вовлечение несовершеннолетних в военных действия, сексуальное насилие, надругательство над телами погибших, нарушение социально-экономических прав», – рассказал Владимир Щербаченко.

Среди гражданских жителей Широкино погибли 12, получили ранения – 24. Причинами гибели и ранений примерно поровну были осколочные и огнестрельные ранения. 30 гражданских лиц, которые оставались в Широкино в период с 15 февраля по 16 июня, почти все получили или осколочные, или огнестрельные ранения. Одной из причин применения огнестрельного оружия против гражданских могло быть то, что люди имели на себе элементы камуфлированной одежды и их бывало трудно отличить от комбатантов.

По заключению правозащитников, размещение Вооруженными силами Украины своих позиций на западных высотах над селом не было нарушением международного гуманитарного права, учитывая военную необходимость.

Обстрелы Широкино с тяжелой артиллерии 4-5 сентября 2014 и 10-15 февраля 2015 года могут считаться военными преступлениями, поскольку это были неизбирательные обстрелы, которые не учитывали значительную концентрацию гражданского населения. По заключению правозащитников, 4-5 сентября и 10 февраля обстрелы совершили незаконные вооруженные формирования. 11-15 февраля тяжелую артиллерию применяли уже обе стороны. После эвакуации гражданского населения 15 февраля, в поселке остались около 30 человек. «После этого применение тяжелой артиллерии уже не было нарушением международного гуманитарного права, так как жителей фактически не осталось, а объекты гражданской инфраструктуры переоборудовали для военных целей», – отмечает юрист Андрей Остапенко.

В боях за Широкино погибли 58 украинских военных из разных подразделений. По утверждению боевиков, с их стороны погибли 82 человека. 12 из 40, кого удалось идентифицировать поименно – граждане России.

Однажды боевики обстреляли «скорую», которая забирала с поля боя раненого украинского военного. Были случаи, когда боевики минировали тела погибших украинских военных или причиняли им дополнительные увечья. Это также является нарушением норм международного гуманитарного права.

В боевых действиях в Широкино участвовали как минимум 67 граждан Российской Федерации. Об их участии свидетельствовали жители Широкино, также найденные после ухода боевиков предметы быта, форма и вооружение. «Эти люди имели опыт службы в морской пехоте, десанте, спецназе. Среди них были военные запаса, бывшие участники конфликта на Северном Кавказе и в будущем участники конфликта в Сирии», – рассказала Надежда Нестеренко, аналитик ОО «Восточноукраинский центр общественных инициатив». В составе незаконных вооруженных формирований были также граждане Франции и Сербии.

Военным преступлением является разграбление имущества местных жителей. По свидетельствам опрошенных жителей Широкино и отдельных военных, участвовавших в боях, к таким действиям прибегали обе стороны. «Украинские военные, которых удалось опросить, отрицали массовый характер этого явления и говорили, что в основном к этому прибегали незаконные вооруженные формирования. Это частично соответствует действительности, потому что в течение 2015 года и последующих лет большую часть села контролировали незаконные вооруженные формирования. Но правоохранительные органы Украины неоднократно задерживали украинских военных, которые вывозили имущество с Широкино», – рассказал Андрей Остапенко. По данным Единого реестра судебных решений, ни одного из них не привлекли к ответственности. По свидетельству местных жителей, украинские военные чаще всего забирали металлические конструкции. Военные объясняли это необходимостью строительства защитных сооружений.

Разграбление со стороны незаконных вооруженных формирований носило массовый характер, из Широкино вывезли почти все личное имущество граждан. По некоторым данным, в дальнейшем устраивалась распродажа вывезенных из Широкино вещей. В этом участвовали и боевики, и гражданские лица из ближайших сел на оккупированных территориях.

По свидетельствам пострадавших, правоохранители не всегда охотно принимают заявления о преступлениях, совершенных против них или близких. Также люди боятся, что, если обратятся, подвергнутся преследованиям. Это приводит к тому, что, несмотря на наличие преступлений и подтверждающих доказательств, пострадавшие не обращаются в правоохранительные органы, говорит Владимир Щербаченко.

Читайте также: Правозащитники призывают Верховную Раду принять закон о военных преступниках

Широкинцам особенно трудно отстоять права ВПЛ в связи с тем, что формально село находится на контролируемой правительством территории, но жить в нем невозможно. Это существенно затрудняет для них доступ к пенсионному обеспечению, социальным выплатам и компенсациям.

7 жителям Широкино, которые переехали в Мариуполь и имели статус ВПЛ, прекратили выплату пенсий. Шестеро в итоге смогли восстановить пенсии, один человек – получить задолженность за период, когда пенсия не выплачивалась. Ни один из жителей Широкино не получил компенсации за разрушенное жилье.

Рекомендации правозащитников для Верховной Рады – ратифицировать Устав Международного уголовного суда, принять закон №9438 о гармонизации национального уголовного законодательства с нормами международного права. Также – принять отдельный нормативно-правовой акт, предусматривающий возмещение материального ущерба, так как Постановление Кабмина №623 не учитывает ситуацию всех пострадавших от боевых действий, и организовать доступ в Широкино специальной комиссии, чтобы обследовать разрушенное жилье граждан и определить размер материального ущерба.

МОУ и другим силовым структурам рекомендуют в следующих операциях придерживаться принципа различия между гражданскими лицами и комбатантами, военными и гражданскими объектами; принять меры против разграбления имущества в населенных пунктах на линии соприкосновения; запретить военнослужащим делать фото- и видеосъемку в помещениях гражданских лиц и с имуществом гражданских лиц.

Читайте также: Появилось мобильное приложение-методичка для правозащитников, которые готовят представления в Международный уголовный суд